село Кахабросо

Унцукуль

О происхождении названия села Унцукуль существует много легенд. Некоторые говорили, что первым здесь построил дом человек из ближайшего села  Харачи, его звали Унсо, так и пошло название Унсокули (Кули в переводе – хутор, прямой перевод Унсокули хутор Унсо) Но это утверждение безосновательно ни в Харачи, ни в Унцукуле, ни в других аварских селах нет человека по имени Унсо. Свидетельствуют о неверности этой теории и другие факты. Например, ближайшее к Унцукулю село Харачи, но язык у них отличается и между этими селами постоянно были споры из-за земли.

Некоторые считают Харачи очень древним селом. Будто оно было построено на берегу реки и харачинцы  со  скалы черпали воды Аварского Косу. В настоящее время, судя по тому, как упал уровень реки, можно считать, что ему миллионы лет. И потом должны были существовать древние могилы, и село должно было быть больше села Унцукуль. Из этого можно заключить, что в этом месте не было хутора Харачинцев.

По другой версии на андийском наречии унсокол означает хутор теплой воды: Андийцы придя в эти места обнаружили здесь теплую воду теплый климат и они построив хутор остались здесь жить. Эта версия так же не имеет оснований. На землях Унцукуля нигде не обнаружено теплой воды.

В своих записях Абдулхалимов Абдула  подчеркивает, что  ему  рассказывал Алилясул Хасан, что в одной из книг арабиста Гаргадул Вухамы он нашел запись, где говорится, что на землях принадлежащих ныне Унцукулю находилось девять сел:

1. Щугиб, 2. Марка, 3. Кушмата на горе Арачи, 4. Колоб, 5. Г1инти, 6. Маккаби, 7. Ракьалъалабазда, 8. Ругьулъ, 9. Унцукуль, место, где сейчас находится село.

Свидетельством существования здесь этих сел находящиеся здесь и сегодня развалины и старые захоронения. В сущности, эти села принадлежали древним племенам, христианам. Это подтверждает и находка креста на древнем кладбище, и то, что могилы направлены в разные стороны. Эти села были разрушены, их жители покинули родину во время нападения арабских захватчиков в восьмом веке. Во главе с Абулмуслим шейхом захватчиком напали на Хунзах. Здесь произошла большая битва, и арабы захватили Хунзахскую возвышенность.

Многие Хунзахцы во главе с бояр Аббасом убежали в Грузию. Немногих оставшихся хунзахцев Абулмуслим шейх обратил в мусульманство.

В Грузии получив помощь и укрепив свои отряды бояр Аббас напал на Хунзах и прогнал из него арабов. Обратившихся в мусульманство горцев он жестоко покарал. Многие из этих мусульман уже не смогли бросить ислам и потому убежали от Аббаса и остановились там, где сейчас на горе стоит мечеть села Унцукуль.

Вокруг были леса, скрытые от человеческого глаза места и здесь поставили свои хутора 40 человек.

С большим войском со стороны Казакумуха вновь на Хунзах напал Абулмуслим шейх и мечом покорил их. Он построил здесь мечеть и положил в минарет меч. В каждую пятницу, во время службы, дибир (мулла) держал меч в руках. Это означало что это село завоевано мечом.

Люди, поселившиеся в Унцукуле то же построили себе мечеть, туда Абулмуслим шейх прислал свою трость. Назвав при этом село Бусурманкули (Хутор мусульман). В каждую пятницу во время службы  мулла держал в руках трость. Такая же трость имеется в мечети села Гимры. Это означает: не вытаскивая меча, обратитесь к трости мусульмане.

Унсокули – это название произошло от Бусурманкули. Эта найденная в книге запись верна.

 

Хозяйство и материальная культура унцукульцев.

Садоводство, сочетаемое с земледелием и животноводством с древнейших времен было основным занятием  унцукульцев.

Природно-климатические условия долины реки Аварское Койсу благоприятствовали широкому развитию земледелия и скотоводства. Жители селения Унцукуль занимались главным образом садоводством.

На втором месте по занятости было земледелие, а на третьем- животноводство. Нужно отметить, что долина реки Аварское Койсу – это уникальная территория с субтропическим климатом, где выращивают все виды фруктов  и ягод с плодородными почвами на берегу реки. Однако сложность, многоликость ландшафтов в условиях причудливого и хаотического пересечения гор в Нагорном Дагестане определили его хозяйство.

Специализация селения Унцукуля объяснялось прежде всего ее территориальным расположением. Селение Унцукуль имело многоотраслевое хозяйство, так как ее территория охватывала плодородные долины реки Аварское Койсу, солнечные горные склоны удобные для террасирования под сады и горные пастбища для животноводства.

Плодородные земли долины реки Аварское Койсу позволяли унцукульцам иметь не только прекрасные сады, но и собирать высокий урожай зерновых, прежде всего кукурузу. Однако катастрофическая нехватка земли в горах вынуждали унцукульцев осваивать и склоны каменистых гор, то есть заниматься террасированием. Вообще в Дагестане, в частности и в Унцукуле террасирование достигло такого уровня, что академик Н.И.Вавилов назвал агрокультурное террасирование  здесь изумительным. Возраст и общие масштабы (десятки тысяча) позволяет считать Дагестан одним из крупных мировых очагов террасного земледелия.  Унцукульские земли  по праву можно считать классическим центром террасирования в Дагестане. Для этого достаточно даже сегодня посетить окрестности селения Унцукуль, чтобы убедиться в этом.

Пахотные земли ценились в горах   на весь золота. В 50-х годах 19 века А.Берже писал, что «нередко случается видеть, как горец при помощи прутьев и веревок, с небольшим мешком пшеницы, прикрепленным к поясу, имея длинное ружье на перевязи и кинжал, поднимается на утесистую склону, стараясь отыскать на ней, клочок пахотной земли».

Такова была суровая реальность в жизни горцев. Унцукульцы выращивали главным образом кукурузу (ц1оролъа ролъ), что буквально означает пшеница из Цоро, то есть из Джаро – Белокан.  По рассказам старожил кукуруза проникла в Унцукуль не ранее 18 века.        Дубровский кроме того отмечает, что унцукульцы сеяли пшеницу (ролъ), ячмень (буг1а), овес (пурч1ина). Унцукульцы выращивали также табак, разные овощи, зелень, коноплю (габани – хьон). Подготовка к весеннему севу начиналась еще зимой. Горцы приводили в порядок весь сельскохозяйственный инвентарь, ухаживали за быками для пахоты и т.д. Работа на поле начиналась ранней весной. Каждый вывозил на  свои участки навоз, собирали камни с участка, тем самым подготавливали поле для весеннего посева.

Перед посевом проводили летний полив, после чего проводили праздник «Оц бай» (праздник борозды). Все детали организации пахоты, уборки урожая, охраны посевов – все это было строго регламентировано местными законами.

Как говорилось, раннее в Унцукуле в основном развито было садоводство. В долине реки Аварское Койсу и сегодня выращивают почти все виды фруктов кроме как фиников, лимонов, апельсинов. Самым уникальным и распространенным фруктов является у унцукульцев абрикосы. «Кавказский календарь» на 1893 год отмечает, что аулы Унцукуль, Гимры, Ашильта, Аракани и другие славились качеством и разнообразием своих фруктов.

К примеру, в 1891 только в одном Аварском округе было собрано 47312 пудов фруктов, из чего продано 15829 пудов на 9238 рублей.  Дубровин также писал, что унцукульцы занимаются садоводством в местностях, прилегающих к Аварскому Койсу, что они разводят виноград, грецкие орехи, вишню.

Можно с уверенностью сказать, что садоводство было основным занятием унцукульцев и оно служило главнейшей доходной статьей Унцукуля. Продукты садоводства служили не только для личного потребления, но и для продажи и обмена на другие виды продуктов. Садоводство в Унцукуле невозможно было представить без орошения, так как лето здесь знойное, поэтому здесь существовала система ирригация для поливки посевов и садов. Горцы строили водопроводы по склонам и оврагам. По высоким, крутым и отвесным склонам они перекидывали деревянные желоба, по которым текла отведенная верховьев рек вода. Она орошала пашни и сады, расположенные по бокам глубоких речных каньонов.

В Дагестане вода проведена,-писал Надеждин А., - не в долине только – случается видеть отводы еще высоко в горах. Нередко горец  ведет воду с одной высоты на другую, даже через целое ущелье, в деревянных желобах, почти висящих на воздухе, тонких и высоких подставках, иногда же ведет воду под землею в трубах».

Как и в земледелие, так и в садоводстве существовали строгие порядки. Например, в Унцукуле за пять дней до наступления дня сбора винограда глашатай объявлял: «Чияр нух бугеб ахикьа ц1ороса ролъ нахъе босе!» (те, по – чьему полю – саду имеется проход на чужое поле, пусть уберут кукурузу). Не убравшие урожай не могли предъявить претензии за уничтожение и потраву посевов, находящихся «на дороге», т.е на собственном же поле.

По местным преданиям, для подержания порядка, дибир села вместе с помощниками бегавулами, взяв с собой Коран, ходили по селу и заставляли поклясться на Коране каждого человека, что он уберет урожай в объявленные сроки. До полного оповещения бегавулом, не зайдет в чужой сад.

Животноводство в Унцукуле было частью их многоотраслевого хозяйства. Жители Унцукуля прежде содержали крупный рогатый скот, что важно в горных условиях, где скоту приходится карабкаться по нужным склонам гор и нет возможности обеспечить его достаточным количеством кормов в зимний период, продолжающийся в горах в течении четырех – пяти месяцев. Продуктивность горного скота была низка.

Кроме того, унцукульцы разводили лошадей, коз, ослов, а из домашней птицы разводили кур, уток, индеек. Лошади, мулы и ослы имели в хозяйстве горцев определяющее значение, так как они были здесь незаменимые для верховой езды и как вьючные животные. У унцукульцев существуют такие поговорки говорящих о заботах и трудностях связанных  с животноводством, например: «Кто хочет работы, пусть построить мельницу, кто хочет заботы, пусть заведет стадо овец». «Когда стада соединяются, собаки дерутся, а когда стада выделяются, пастухи дерутся». «У кого нет овечьего стада, у того мяса мало, у кого нет осла, у того дров мало». «То, что обвалом уничтожено стадо, это воля божья, но долю вины следует зачесть также пастуху».        В развитии животноводства важное значение имела хуторская система хозяйствования. У аварцев эта система исследована С.Х. Асиятиловым.

На хуторах унцукульцы содержали скот, имели и небольшие участки для пахот. Если зимой на хуторах держали свой скот сами владельцы, то с ранней весны, когда здесь пробивалась трава и присельские зимние пастбища(пашни) «закрывались»  под посевы, общественный скот перед перекочеванием в альпийскую субальпийскую зоны перегоняли на эти хутора, он успевал акклиматизироваться.

Животноводство в горах, таким образом порождало сложные  территориальные, земельные и имущественные отношения, среди которых особенно характерны отношения кооперации в ведении скотоводческого хозяйства, где частное начало (собственность на скот) получило общественную, кооперированную форму в содержании и ведении пастбищного скотоводства. При высокой скотонагруженности Нагорного Дагестана и господстве частной собственности на землю общины путем кооперирования добивались оптимальных форм содержания скота на заданной территории.

В социально – экономическом развитии Унцукуля важное значение имело развитие торговых отношений. Главным торговым  центром в 18 – 19 вв был Дербент. Это торговое Дербент сохранял всегда, то угасая, то расцветая в зависимости от внешних и внутренних факторов. Для унцукульцев Дербент как главный торговый центр был расположен далеко и для них важное значение имело как торговый центр был расположен далеко и для них важное значение имело как торговый центр  Темир – хан – Шура  и Тарки. Унцукульцы могли выставлять на рынок фрукты, продукты животноводства, изделия своего ремесла. В свою очередь унцукульцев интересовали товары первой необходимости – ткани, оружие, сельхозинвентарь. Но самое главное они были заинтересованы в покупке зерна на плоскости, что диктовалось нехваткой зерна в горах. Обычно унцукульцы шли на плоскость, имея с собой продукты своего производства и с надеждой обменять все это на зерно. Нужно отметить, что связь Унцукуля с плоскостью была сопряжена огромными трудностями, так как фактически отсутствовала нормальная дорожная связь. Единственная дорога, которая связывала Унцукуль с плоскостью проходила через Гимринский хребет.

В условиях разобщенности горцев, замкнутости их хозяйственной жизни трудно говорить о широких торговых отношениях. Но все унцукульцы со своими изделиями могли появиться и в других городах Кавказа и России. Знакомясь с развитием ремесленного производства, с наличием мастеров и ремесленников в ауле мы видим, что вообще состав их здесь разнообразен: кузнецов – 5 человек, плотников – 6 человек, сапожников – 2 человека. Специалистов ткани не было, но в каждой семье женщины – аварки сами шьют и белье и верхнее платья, тоже самое можно считать и об обуви, причем на весь большой аул только два сапожника. Изготовление кухонной  посуды  и утвари из деревьев тоже было одной из обязанностей отдельных семей.

Большое значение в жизни унцукульцев имело развитие своеобразного ремесленного производства – обработка дерева и инкрустации. Широкую известность приобрели унцукульские деревообделочники. Обработка дерева у народов Дагестана является одним из самых древних видов трудовой деятельности и одной из первых отраслей ремесленного производства.

Особенности социально – экономического развитие Унцукуля в 18 – начале 19 вв. положили отпечаток и на развитие культуры, то есть на материальную и духовную жизнь горцев. К рассматриваемому периоду Дагестан представляет собой многонациональный край с уникальным многоязычием.

Географическая изолированность положила отпечаток на своеобразную культуру унцукульцев. Так, прежде всего унцукульцы имеют свой своеобразный язык -  аварский язык. Во многом говор унцукульцев можно отнести чисто к литературно - аварскому языку. Если сравнить его с говором соседних обществ, то можно заметить некоторые различия. Так, в разговоре легко можно отличить унцукульца от гимринца, харачинца, араканца и т.д. Язык унцукульцев относится к Кавказско – Иберийской группе языков.

Известно, что Дагестан называли «Страной гор» и «Горой языков», ведь здесь насчитывалось более 30 языков и диалектов. А.Г.Гаджиев отмечает, что «Многоязычие горного Дагестана могло быть результатом только длительного, продолжающегося тысячелетиями процесса в условиях горной изоляции  и  неизменных границ».

Политическая раздробленность Дагестана и изолированность от внешнего мира положили отпечаток и на быт унцукульцев. Они строили свои дома по солнечному признаку и так, чтобы солнце с восхода до захода стояло во дворе и обычно все дома строили на южных склонах горы и по направлению на юг.

Дома строились обычно из местного бутового камня и обмазывали глиной, крыши во всех домах были плоскими и имели прорубы для освещения. Дома были так близко расположены друг к другу, что два хозяйства имели общую стену, а на склонах гор дома были построены террасообразной формы, так чтобы крыша нижнего дома служила верандой для вышестоящего дома. Внутреннее помещение горской семьи было обставлено скромно. Полы обычно выравнивались и обмазывались черной глиной. Семья обычно имела для спальной норы и матрицы набитые сеном. В многодетных  семьях на ночь стелили прямо на полу. Домашняя утварь выглядела скромно. У унцукульцев весь кухонный набор вилки, ложки, тарелки и т.д. обычно изготовляли из древесины, на что унцукульцы были большие мастера.

Наличие богатой сырьевой базы и полупатриархальный характер хозяйтва способствовали сохранению у унцукульцев в 18 – начале 19 вв всевозможных домашних промыслов, в том числе связанные с ней изготовление одежды. Унцукульцы обрабатывали кожу, овчину, шерсть, женщины обычно ткали сукно только на собственные нужды, то есть для изготовлении одежды для себя. Из этого сукна женщины вышивали в ручную платки, платье, шаровары, а для своих мужей и сыновей вышивали рубашки , брюки, черкески, башлыки. На зиму унцукульцы изготавляли шубы из овчины. Обувь обычно имела форму сапог и изготавливались из кожи вручную.

Унцукульцев легко можно было определить по форме одежды среды других дагестанских народов, хотя этого сегодня не подозреваешь.

В Унцукуле женщины носили разные украшения: серьги, браслеты, кольца. Унцукуль в 18 – начале 19 вв , как и весь Дагестан, был в культурном отношении отсталым. Здесь не было светской школы, а религиозные школы – медресе не давали светского образования.

В примечетских школах обучали детей чтению Корана, содержание которого для них оставалось тайной. Немногие получали в медресе и мечетях образование и знали арабский язык. Большинство учащихся духовных школ становились кадиями, муллами, дибирами. Только единицы из числа получивших образование на арабском языке занимались математикой, астрономией, медициной.

В связи с распространением ислама в Дагестане новая религия принесла в горы и свою письменность. Унцукульцы использовали, как и другие жители Дагестана арабский алфавит для создания своей письменности. Так возникает «Ажам».

Определенное развитие получает и медицина. Среди унцукульцев было немало народных докторов, которые не имея никакого образования, но все же умели лечить ножевые и пулевые раны, лечить вывихи и переломы костей, знали немало лекарственных растений от многих болезней. Искусство врачевания передавалось от отца к сыну и так далее. Тухум Дибировых из Унцукуля специализировался на лечении переломов и вывихов. На весь Дагестан прославился врач Магомед Унцукульский, который был впоследствии врачом Первого Дагестанского конного полка.

Унцукульцы имеют богатый фольклор и традиции, что является замечательным плодом народного творчества. Важное место в духовной жизни унцукульцев играла религия ислам со своей богатой культурой и традицией. И не случайно  религиозные праздники отличались в унцукульских землях как общенародные праздники. Так всеобщий был праздник Ураза – байрам: в этот день производили взаимоугощения, раздача подарков детям и т.д. В праздник Курбан – байрам (Къурбан – байрам)в день жертвоприношения Аллаху резали многочисленный скот, раздавали мясо беднякам и сиротам, одиноким.             В каждом доме, где рождался сын, когда ему исполнялось 5 – 7 лет производили семейный праздник «Сунат гьаби», куда приглашали приближенных и родственников, устраивали угощения гостям, веселились.

Не менее важное место в традициях и обрядах унцукульцев занимают праздники связанные с хозяйственной жизнью. Так, очень красочно и с участием всех жителей села проводили праздник первой борозды, когда официально начиналась весенняя пахота. Также с участием всех жителей села организовано проводили и праздник урожая. В эти праздники устраивали богатые угощения, музыкальные представления, спортивные состязания по скачкам, борьбе, метанию камня.

Важное место в жизни унцукульцев отводилось организации праздников взаимопомощи, по – аварски «Гвай».  «Гвай» устраивали по случаю строительства дома, уборки урожая и т.д.

До наших дней сохранился богатый фольклор унцукульцев. Уже в начале 18 века у унцукульцев широкое распространение получили лирические, эпические и сатирические песни. Так до нас дошли песни восхваляющие храбрость унцуцульцев в борьбе против аварских ханов, набегах на Грузию и на плоскость.

Из жанров лирической песни наибольшее распространение получают любовные песни, песни – раздумья, песни – размышления. Унцукульцы отличались среди аварцев своими музыкальными способностями, певцами, танцорами. За последние 25 лет старинный унцукульский танец постоянно входит в репертуар ансамбля «Лезгинка» и на сценах Франции, Англии, Америки, Германии этот танец вызывал  изумление и восхищение зрителей. Культура унцукульцев имела на себе влияние соседних территорий Аварии  и плоскости. Лучшие традиции национальной культуры унцукульцев составляют основу их культурной жизни и на сегодня.

 

                Унцукуль – центр Койсубулинского вольного общества.

Первым политическим объединением в долине реки Аварское Койсу можно считать Койсубулинский союз, возникший в начале 18 века и существовавший до возникновения имамата Шамиля в 1835 г. С первого же момента возникновения Койсубулинский союз стал играть в политической жизни Дагестана заметную роль, так как являлся одним из сильных политических объединений Дагестана в этот период.        Территория Койсубулинского вольного общества была расположена в основном в долине реки Аварское Койсу, нижняя граница которого доходила до сел. Гимры, а верхняя граница до сел. Балаханы. Можно считать, что в состав Койсубулинского вольного общества входили почти все аварские села (Унцукуль, Гимры, Балахани, Харачи, Кахаб – росо, Цатаних, Ащильта, Аракани, Ирганай, и др),входящие в состав нынешнего Унцукульского района.

Население Койсубулинского вольного общества называли Хьиндалам, что буквально означает – жители теплой речной долины. Так или иначе, данное вольное общество получило свое название от реки Аварское Койсу.

Из письма князья Адильгерея Тарковского в Койсубулинское вольное общество можно сделать вывод, что Унцукуль стоял во главе этого общества.         В другом источнике – тексте «Реестра горским владельцам» от 1732 года сказано, что Унцукульскому старшине «Асуну» Халатаву подчинялись его же владения. Таким образом мы видим, что в составе Койсубулинского общества селение Унцукуль играла ведущую роль и несомненно является ее центром, которое расположено на левом берегу реки Аварское Койсу на высоте 837 м. над уровнем моря.

Формирование Койсубулинского вольного общества  в начале 18   века можно объяснить как внутренними, так и внешними причинами. Внутренними причинами являлись, прежде всего, дальнейшее развитие производительных сил и связанное с этим разложение родовых отношений. Определенную роль в условиях горного Дагестана  в объединении «родовых» поселений в крупные селения, видимо, сыграло и малоземелье. Кроме того, в связи с дальнейшим социально – экономическим развитием усиливаются связи не только между соседними «родовыми» поселениями, но и общения между различными племенными группами вообще, что также ускоряло их объединение.

Из внешних в качестве главных необходимо отметить две: это во – первых, необходимость защиты от внешних врагов, иноземных завоевателей, во – вторых от покушения соседних феодальных владений.

Главной причиной возникновения Койсубулинского вольного общества можно считать необходимость совместной борьбы против агрессии соседних феодальных владений и ханств, прежде всего против Хунзахских ханов.

Подати и повинности, имевшие свое место в 17 веке и доказывающие хоть какую то зависимость Койсубули от Аварских ханов всегда носили лишь частичный характер и не ставили под сомнение политическую зависимость Койсубулинского вольного общества. Койсубулинцы во главе с Унцукулем сумели отстоять свою полную свободу и независимость от соседних феодальных владетелей. Не меньшее значение во взаимоотношениях Койсубулинского вольного общества, в частности Унцукуля с соседними феодальными владениями имели взаимоотношения с Тарковским шамхалом. Имеются ряд письменных источников говорящих о дружеских и добрых взаимоотношениях между тарковскими  шамхалами и койсубулинцами. В своем письме Адильгерей – Шамхал в адрес унцукульцев пишет следующее: «Большой привет от султана великих султанов этого века, внука древних владык(малик) – великих шамхалов, Адиль – Кирам – шамхала моим сотрапезникам(надим), любимцам и друзьям из селения Унсоколоб, слава  о мужестве которых разошлась по всему по всему свету, по равнинам и по горам. Вечный привет!

Этим письмом сообщаю вам, что я желаю, чтобы на этих днях вы прибыли к нам. Дело в том, что я хочу отправиться в Дирмит для переговоров и бесед с Кизылбашами из – за тех смут, нападений, боев и грабежей, которые произошли между нами и ими.

Мы вместе с Ахмед – ханом – усуми хотим мир между нами и ими. Он стал мне, согласен с нами во всем (и поступает) так, как нравится.  Большая просьба к улемам(не проявить) упрямство и упорство, в которых им нет нужды.

Содержание письма наглядно свидетельствуют о том, что шамхалы Тарковские, а конкретной случае Адильгерея – Шамхал, обращались часто к унцукульцам в критические для себя моменты истории: когда сами шамхалы не были в состоянии защищать свои земли от вторжения иноземных захватчиков. Стиль письма также свидетельствуют о высокомерии личности шамхалов по отношению к койсубулинцам.

В другом источнике – письме Султан – Ахмед – хана Аварского главнокомандующему  русскими войсками на Кавказе Тормасову от 1799 года, касаясь Койсубулинского вольного общества отмечается, что стада койсубулинцев зимуют во владениях владетеля.

Таким образом, говоря о взаимоотношениях Койсубулинского вольного общества(Унцукуля) и ссоседними феодальными владениями с начала 18 века мы можем говорить о полной независимости Койсубулинского вольного общества. По преданию старожилов с. Унцукуль, независимости койсубулинцев прежде всего от Хунзахских ханов начало положило такое событие: Унцукульцы жили в постоянной борьбе с их могущественным и хищным соседом Аварским ханом. Нуцалы его не прекращали попыток подчинить себе Койсубулинские земли. Борьба шла с переменным успехом. Однажды верх взял нуцал. Он обложил унцукульцев оброком – фруктами. Он требовал также, что вместе с фруктами унцукульцы доставляли  ему  даже колючки для ограждения склада. Унцукульцы ждали момента, чтобы избавиться от ханской власти. Однажды они пригласили дружинников нуцала вместе с его родственниками, стоящими во главе дружины, на пир в местности «Маргал – ицц». Унцукульцы тщательно готовились к этой операции, предусмотрев все, вплоть до условного пароля для начала боя. Им была фраза: «Поспели абрикосы на Щугиб – меэр?». Так называется гора между Унцукулем и Гимрами, где вообще не растут абрикосовые деревья. Унцукульцы все время отвечали задавшему этот вопрос: «Не  поспели». Так продолжалось до тех пор, пока ханские  люди опьянели окончательно. Тогда один из унцукульцев ответили: « Поспели!». Поэтому сигналу была изрублена ханская дружина.

Так был положен конец господству хунзахских ханов над вольными землями Койсубулы. Иногда столкновение между койсубулинцами и ханскими ханами приобретало характер войны. Так началось между койсубулинцами и ханскими ханами большая война вокруг общества Орота - «Г1орот1а». Когда войска Хунзахского хана напали на Орота с целью его захвата, тогда койсубулинцы послали своих людей на помощь оротинцам, что объясняет тем обстоятельством, что оротинцы входили в состав Койсубулинского союза или иначе как говорили Койсубулинского вольного общества.

Важную роль в истории Койсубулинского вольного общества играли взаимоотношения с другими союзами сельских обществ Дагестана. Исследователи отмечают, что взаимоотношения союзов сельских общин авароязычных этнических групп в основном регулировались на основе договоров, заключавшихся между соседними союзами сельских обществ. Основная цель таких договоров заключалась в  гарантии неприкосновенности территории, помощи в случае нападения на один из других союзов, феодалов или внешних врагов.

История дает немало примеров совместной борьбы аварских союзов обществ против захватнических устремлений Хунзахских  ханов и грузинских феодалов.

Например, в письме «от Унцукульцев к войску гидатлинцев» где речь идет о совместной борьбе союзов вольных обществ против Хунзахских ханов унцукульцы призывают к совместной борьбе против ханов гидатлинцев, которые также отличались своим стремлением к свободе и независимости.

Койсубулинское вольное общество выглядело достойно среди других вольных обществ нагорного Дагестана. Имеются исторические свидетельства того, как койсубулинцы приходили на помощь менее слабым обществам в их борьбе против Хунзахских ханов.

Территориальный строй Койсубулы целиком соответствовал принципам его политической организации и его правовому и этнографическому состоянию. Политический вес и мощь каждого аула входящего в состав Койсубулы, определял его территорию и земли. Унцукуль как политический и административный центр имел большую территорию, чем другие аулы Койсубулы.

Предводителем Койсубулы был унцукулец – Нурмагомед, который за счет грабительских набегов и войн усиливал свою власть. Он по мере необходимости созывал совет старейшин вольного общества, для решения важнейших вопросов внутренней жизни и взаимоотношений с соседними вольными обществами. Для решения дел особенной важности созывалось народное собрание. Собрания эти созывались в Унцукуле.

Как административная единица Унцукуль делится на кварталы (авал), названия которых сохранились. Например: Можокъ – авал , Сивухъ – авал, Иццухъ – авал, Зонодухъ – авал и т.д. Кварталы являлись своего рода «общинами в общинах», играли большую роль в управлении аула. Каждый квартал имел свой годекан и мечеть, где решались квартальные дела, и совершалось богослужение. Для решения общеаульских дел старейшины из кварталов собирались на основной обшеаульский  годекан и в Джума – мечеть. По кварталам унцукульцы устраивали и празднества, в том числе праздник первой борозды (оц – бай ). По кварталам составляли очереди по ряду, по уходу за скотом, стада также составлялись по кварталам. По кварталам производили жеребьевку на сенокосы. Кварталы имели своих управляющих, именуемых «нусил бет1ер» (сотник), своих исполнителей (г1елал). Они представляли с собой административную единицу в общине. Унцукуль являлся самостоятельной и самоуправляемой единицей, а каждый квартал Унцукуля имел своего старшину (бегавул).

В Унцукуле «глава администрации» - бегавул, являлся верховным правителем на всей территории селения Унцукуль и был призван управлять  джамаатом, руководствуясь исключительно общими интересами всего джамаата. Бегавул являлся и верховным судьей Унцукуля, хотя были специальные люди из числа духовных лиц (диван чаг1и), призванных разрешать все судебные дела по шариату. Унцукуль имел и призванного в обществе военного предводителя (цевехъан), ведавшего военными делами. В распоряжении бегавул были монгуши (глашатаи) и лица с порученными обязанностями. Высшим органом власти аула Унцукуль являлось народное собрание, которое созывали монгуши. Женщины и дети на собрании не допускались. На народных собраниях сначала высказывались старшие, которые вообще без особого приглашения к разговору не подавали голоса. Неизвестна, какова была процедура голосования, но сохранившиеся выражения «Разияс квер борхе»(согласный пусть поднимет руку) говорит о том, что голосование было открытое. Однако нет письменных источников, отражающих решения народных народных собраний сел. Унцукуль.

Народное собрание, как высший законодательный орган имело значение вплоть до окончательного присоединения Дагестана к России, во второй половине 19 века. Его роль низводится до совещательной сходки, вся власть переходит в руки назначенных властью старшин.

Важное место  в деятельности джамаата  играла религия. Известно, что религия  ислам в определенной мере способствовала единству общества.

В каждом ауле общества строились мечети. В Унцукуле, сохранились четыре мечети, построенные 18 -19 вв.

Мечети строились с участием всех жителей аула. Участие всего населения общины в строительстве мечетей происходили не только на условиях материальных пожертвований, это было круговой обязанностью, приравненной к обязательным работам, таким, как рытье каналов, строительство дорог и др., уклонения от которого  влекло за собой штрафы.

Мечети строились также  в каждом из кварталов. Центральная мечеть являлась главной, где по пятницам проводилось богослужение всем обществом.

В обычные дни каждый молился в своем квартале. Такой принцип в чем – то соответствовал  организации управления, когда все локальные вопросы, решались квартальной администрацией, а общие выносились на решение общеджамаатовской администрации.

В области суда шариат стал правовой системой для всех обществ Дагестана, но только в сферах семейной и гражданской. Значительное место отводилось адату. Адат, как юридическая система, отражала в себе обычаи и традиции каждого народа. Мы не располагали письменными сводами адатов у койсубулинцев.          Однако с уверенностью можно сделать вывод, что адатно – правовые системы по всему без исключения Дагестану, были едины, хотя каждый джамаат имел собственный кодекс, а джамааты, объединившиеся в политический союз (бо), имели общий сведенный кодекс, « бодул г1адатал». Таким образом, единое адатное право горного Дагестана было, как бы рассечено нам множество кодифицированных сводов, каждый из которых также распадался на адаты конкретных джамаатов.

Существование в каждом джамаате своего адата, а в союзе обществ общесоюзного соответственно формировало юридическое сознание носителей права, что являлось фактором первостепенной важности в формировании самосознания в пределах общин и их союзов на уровне, превосходившем обычное сознание сообщинника, на уровне политических взаимопротивопоставлении, следствием чего стало формирование этнографических особенностей в заданных пределах.       Можно сделать вывод, что адатно  – правовая система в Койсубулинском  обществе ( в Унцукуле) полностью соответствовала ее формам политической им территориальной организации.

Унцукуль в годы Кавказкой войны.

Кавказская война была вызвана колониальной политикой царизма. И в течении всей Кавказкой войны Унцукуль принимает активное участие в этих  событиях.

Почти вся первая половина 19 века  для Унцукуля проходит под знаком борьбы Дагестана за независимость. В 1818 году, феодал Мегди Шамхал доносит генералу Ермолову: «Явилось ко мне 500 унцукульцев и араканцев. Унцукульцы – руководители койсубулинцев. Они заключили со мной мир и сделались моими нукерами. Я одарил их и отпустил».

Однако через некоторое время унцукульцы вновь вызывают недовольство русской военщины по поводу пребывания в их пределах беглого Ших – али – хана Кубинского и дербентского, который пытался в свою очередь найти опору у унцукульцев.

Первый имам Газимагомед  как и третий имам Шамиль с детства учились арабскому языку у унцукульских учителей. Газимагомед рос без родителей. Отца ему заменил унцукулец Кебед – Якуб, который был старше него только на 3 – 4 года. В 1928 году в селении  Унцукуль  его избирают имамом Чечни и Дагестана. При Газимагомеде унцукульцы принимают живейшее участие в событиях. В рапорте майора Курганова генералу Паскевичу от 15 марта 1830 года мы читаем : «в прошлом месяце Кази-Мулла, собрав шайку своей секты из владений Унцукуль Койсубулинского и частью шамхальского, пошел из Унцукуля в Аварию и, прибыв в деревню Цотаных, в 30-ти верстах от Хунзаха, согласил жителей оной идти против своего владетеля».             Полтора года спустя после того, как горы у Чиркея огласились громом артиллерии Панкратьева, Унцукуль и койсубулинские общества «изъявили покорность» ( отношение генерала Розена графу Чернышеву 12 ноября 1831 года ). В последующие месяцы эта покорность по видимому была, унцукульцами нарушена и затем вновь «изъявлена». В отношении от 31 июля 1832 года генерал Розен пишет графу Чернышеву в Петербург:  « Большая деревня Унцукуль, прежде нам покорная, но в последнее время участвующая в войсках  Кази-Муллы, изъявила вновь повиновение и выдала аманатов». А через четыре месяца новое донесение Розена Чернышеву (от 27 сентября 1832 года) говорит о новом переходе Унцукуля вместе с Гимрами и Ирганаем, в руки Кази-Муллы, который деятельно укрепляет эти пункты.

Проходит год, и мы видим унцукульцев под знаменами второго имама, Гамзат-бека (донесение Розена Чернышеву от 21 ноября 1833 года), который был родом из Гоцатля. В 1934 году Гамзат-бек был убит в хунзахской мечети. Но убийство второго имама не остановило войну. «Мюридизм, - как говорил Д. Романовский, ожидал только нового главы, чтобы воспрянуть с новой силой. Этим главой явился Шамиль».

С 1935 года за Унцукуль начинает бороться сам Шамиль.

В Унцукуле, как и во всем Дагестане, были люди, которые противостояли Шамилю. Видя, как мужественно воюют унцукульцы, Шамиль хотел переманить их в свою сторону. Русские через своего агента Шамхала Тарковского добились, что ( как пишет Розен Чернышеву ) в июне 1835 года «унцукульцы просили позволения истребить Шамиля, что и было им позволено». Однако Шамиль подступил к Унцукулю и объявил, что кроме принятия шариата он от них ничего не потребует. Они выдали ему 10 человек аманатов из сильных фамилий с условием не вступать в аул. В ту же ночь Шамиль занял Унцукуль.

В июле 1835 года, когда Реут с отрядом осматривал Койсу около Ирганая. Унцукульские старшины переправились через реку , объявили, что Шамиль силой заставил их принять шариат ,просили считать себя покорными . вплоть до 1841 года Унцукуль считался мирным селом. По- видимому, они не принимали  активного участия в военных делах. В 1841 году мюриды Шамиля вновь овладевают Унцукулем. После взятия русскими Гергебиля, Унцукуль, принужден был выдать восемьдесят человек мюридов. Отряду майора Евдокимова, который  действовал здесь в это время, удалось, с помощью бывшего унцукульского кадия Алико и других выходцев, овладеть аулом. Они вошли в Унцукуль тайно и напали на мюридов. Част их была истреблена. Занятие Унцукуля стоило Евдокимову жизни. Мюриды были отправлены в Темир-Хан-Шуру.

С Унцукуля взяли сорок пять аманатов. А здесь был построен форт. Но Шамиль не оставался пассивным. Меньше чем через полтора года после этих событий все козыри русских были им биты. 28 августа 1843 года войско Шамиля подступило к аулу. В помощь гарнизону, который находился в Унцукуле, против Шамиля был двинут отряд полковника Веселитского. Но этот отряд был окружен силами имама, и 29 августа был истреблен. Большая часть жителей аула держала сторону имама. Попытки сопротивления, оказанные Шамилю, унцукульским старшиной Кибит-Хаджио и план араканского кадия Хасана-Хаджио помочь русским, успеха не имели. Все события от 29 августа 1843 года и последующие нашли отражение в военных летописях того времени как знаменитое, печальное для русских, «дело под Унцукулем».

Позже он заключил с Унцукулем крепкий мир. Наибом в Унцукуле был назначен Кади из Ичичили, бигавулом все тот же Кебедхажияв. Брат Кебедхажиява Жабраил совершил хадж (паломничество в Мекку), затем побывал в Египте, Турции научился там выливать пушки и по приезду был у Шамиля мастером по изготовлению пушек. Верными и храбрыми воинами Шамиля были: 1.Арутанил Али и его отец Вухамахажияв.2.Курбанил Дибирвухама – знаменосец Шамиля. 3.Вухамагази. 4. Гуниял Мухамад. 5.Бербагар. 6. Мухадизахажияв и др.

 Это все  храбрецы были предводителями в войске Шамиля. На горе Гуниба, когда пленили имам Шамиля, Бербаг1ар сказал ему, что мы находимся у ворот в рай, так давай же мы здесь умрем. Он еще горел желанием повоевать с русскими. У Шамиля прославленным врачевателем, знатоком ран был Унцукулец Шайхил Хусен. Про это все написал песню (турки) большой ученый – арабист из Унцукуля Нурмухамад Дибир:

 

       Унцукульские храбрецы

Унцукульские парни свита народа,

Сколько храбрецов ушло в черную землю.

За религию отдавшие жизнь Шамиля полюбившие,

Стоявшие за него горой, страха не знавшие.

Газимухамада правая рука

Тагир пал за веру в Гимринском ущелье,

Смертельно раненного имама Шамиля

Разве не в Унцукуле излечили.

Хороший лекарь Шайихил Хусен,

Пока Шамиль не выздоровел  покоя не знал.

Свободолюбивые ненавидящие ханство

Храбрецы – удальцы взялись за оружие.

Всех хиндалайцев войско собрали,

Хамзата Гоцинского имамом избрали,

Шамиля с Алилавом собрав воедино

В Хунзах отправилась одна из их групп

Ханов истребили, нуцалов убили,

Налоги скинули со всего народа.

Умахана, Нуцалхана потом ту Баху,

Отрубив головы, бросили в Тобот реку.

Хунзахскую возвышенность завоевали, укрепили там знамя

Исполнились твои мечты слепой Алилав.

В хунзахской мечети в пятницу,

После убийства Хамзата с тайной засады,

Храбрецы, которым это было в тягость

Собравшись, решили имама избрать

В одной из пещер горы Горахх

Назвали имя Шамиля и благословили.

Затем поднявшись, Шамиль

Обратился ко всем с речью правильной

Здесь собравшиеся тридцать человек

Собрав по десять человек сделайте отряд

Когда же собралось триста человек

Опять обратился он с той же речью

Храбрецов прибавилось, войско увеличилось

Все умелые вышли вперед

Нужное в войне оружие подготовили

Затем вышли, каждый день дрались

Призвали весь народ Дагестана объединится

У тиранов отняли ханство

Ханскую собственность взяли в руки

Чистый шариат ввели как закон

Гордецов воспротивившихся этому

Отрубив головы побросали в чрево земли.

Ночью в селе Каранай

Тот, кто взял в плен дочерей Бег-Султана

Разве не умелец Арутанил Алил

Полученные им раны были многочисленны

Касирилав, Амав, тот Усманилав

В войне с русскими получившие газават.

С мыслями и умением большим Жабраил-Хажи

Первым пушку сделавший

Увидев мощь его пушки

В страхе  разбегалось  царское войско,

Канца Малахума- глава пятисот

При взятии Гуржи-Цора погибший.

Его могучий брат Вухамагази

В Гергебеле был с борцами.

Когда ранили его в  правую руку

Левой рукой он стал рубить кинжалом.

Во внутрь русских войск пробравшись

Газават исполнился у смельчака.

Их матери третьего сына

Вухамы есть могила на Шишилике.

С набегом он шел в Шуру

Но убит выстрелом ружья из засады

Этих троих храбрецов вырастившая

Разве не счастливая мать.

Гаргадул Мухастан Муса Хажияв

Истребив солдат выполнившие газават

Да здравствует Гуниял Мухамад

Как вскопанный столб незнающий страха.

Ни кинжал не опустился, ни конь не устал.

Сын Курманилава -Дибирвухама

Был знаменосцем мюридов.

При битве в крепости Салта

Пленил он немало русских.

А Хаджимурата верный друг

Валил Курахама был человеком как кремний

В тяжелый день пленения Шамиля

Поступлю по совести решил Бербагар

Считая ногою уже в раю

Закатал брюки, засучил рукава.

Сегодня святой день, сегодня можно попасть в рай.

Не сдавайся Шамиль капурам (неверным)

Кинжал взял в руки кремневки подготовил

Сделал шаг вперед и приготовился.

Не смог ослушаться приказа имама

Остались склоненными и он и кинжал.

Ушел с Шамилем в Мекку

Совершив хадж вернулся домой.

Но из-за того, что таких храбрецов стало меньше

Силы увеличились у саригабуров.

Не из-за того ли что некоторые наибы успокоились

От Шамиля отвернулась удача.

Разве не из-за хитрости предателей

Рухнул подрубленной религии столп

Не насытившись скотом и овцами

За деньги продали имама и религию

Ушедшие в землю получили рай.

Вас никогда не забудут,

За ваши доблести, которые знает народ

Кто выполнил газават храбрецы.

 

Рассказ про  ученого-алима Шахбанилава

После установления мира между Шамилем и Унцукулем Шамиль вызвал в Дарго  предводителя Унцукульцев в этой войне муллу Шахбанилава, чтобы его убить. Некоторые Шахбанилава отговаривали от поездки, мол, тебя там убьют. Шахбанилаву это не понравилось. Он ответил им, что если Шамиль настоящий имам то он меня не убьет, а если же он не настоящий человек, то мне тогда все равно, что со мной сделают.

Шахбанилав прибыл к Шамилю и побеседовал с ним. Шамиль спросил его, каков же итог нашей с вами войны? Шагбанилав ответил, что все его погибшие воины – шагьидзаби (павшие за веру), а все твои погибшие – гъазизаби (павшие в священной войне) Внимательно его слушавший Шамиль спросил: почему так? Шахбанилав ответил, что мы защищали свою мечеть, земли, мы боролись против своих угнетателей, что бы нас оставили в покое, ты же боролся за объединение мусульман всего Дагестана под единым знаменем ислама, за свободу всего народа. Поэтому мы оба правы.

Шамиль и Шахбанилав провели довольно много времени в беседе, вытащили книги, спорили. После этого Шамиль сказал своим приближенным, что Шахбанилава не то что убивать, а даже горошину в него нельзя бросить. Чтобы Шахбанилав сшил себе новую одежду, в место своей изорванной Шамиль дал ему сугур (домотканое сукно для шитья черкески) и проводил домой.

 

Кебедхажияв

Бигавулом Унцукуля Шамиль назначил Кебедхажиява. Один из его братьев у Шамиля отливал пушки. Другой брат Хусен перебежал к русским и жил в Шуре. Со временем Кебедхажияв стал подозрительным человеком. С одной стороны порядка в селе не стало, с другой стороны были такие места, где он вероятнее всего шпионил. Шамиль получил письмо про него. Шамиль послал своих людей, чтобы схватить его.

Кебедхажияв узнал, что со стороны Гебегали идут люди Шамиля за ним. Он снизу через местечко «Мугита» убежал с села и пошел в Дарги прямо к Шамилю. Рассказав Шамилю все он сумел добиться прощения.

После покорения Унцукуля Шамилем здесь остались люди недовольные порядками «диваном». Они крали все, что попадется под руку, сильный угнетал слабого, отнимали у них вещи. Про них Шамилю написали письмо. Шамиль послал в Унцукуль своих уполномоченных. По прибытию в село, они собрали джамаат (сход). Из них вывели 6 человек воров и насильников. На поляне поставили столб, просверленный в центре, внизу разожгли огонь, на котором стоял котел полный кипящего масла. Всех шестерых негодяев построили. Первому из них приказали просунуть руку в отверстие на столбе. Он исполнил приказ, но когда палач поднял топор для того чтобы отрубить руку он руку убрал. Второй раз приказали ему просунуть руку, тот снова убрал. Когда обвиняемый и в третий раз убрал руку посланец Шамиля выстрелом в голову убил его. А всем заявил, что так будет со всеми, кто будет уходить от справедливого наказания.

И остальным пятерым сказали, что с ними будет то же самое. Каждый из них подходил к столбу просовывал руку в отверстие, палач отрубал кисть и, она падала на землю. Отрезанную руку опускали в котел с кипящим маслом и кровь останавливалась. После этого наказания в селе прекратились кражи, скандалы и другие беспорядки. (еще недавно этот столб стоял на крыльце мечети).

После этого взаимоотношения унцукульцев с Шамилем были хорошие. В войнах Шамиля они так же принимали активное участие. Много появилось здесь мастеров, которые делали оружие для Шамиля. Производили здесь так же и другие вещи, нужные в войнах. Здесь производили самое нужное – порох (сохранились камни, которыми мельчили и готовили порох) Пленных русских солдат Шамиль посылал в Унцукуль, в помощь мастерам по оружию.

Все сделанное оружие, порох сдавали на склад. Склад был у Арутанил Вухамахажиява. Все посланные сюда пленные солдаты были в его подчинении. Он хорошо содержал их. Виноград, фрукты мясо он поставлял им много и постоянно. Все земли мечети, пашни, деревья так же были у него.

Все эти порядки держались в Унцукуле до пленения Шамиля. Нельзя было курить, пить. Виновных в этом 10-20 позже и до 30 раз били палками. Ворам отрубали руку, за проституцию били палкой 100 раз, за убийство приговаривали к смерти.

Уже до конца шамилевской эпопеи Унцукуль оставался уже в руках имама. Лишь через 16 лет, в августе 1859 года  высшее командование царских войск  на Кавказе, за три дня до пленения Шамиля, смогло сообщить  в Петербург об окончательном покорении горных аулов, в том числе и Унцукуля.

После пленения Шамиля в 1859 г. среди унцукульцев распространились такие пороки как курение и пьянство.

Перебежавший к русским Хусен и его друг унцукулец Агакиши были уже офицерами. Жили они в крепости Шуры. Хусен был популярен среди офицеров и все называли его офицер Хусен. Вскоре после пленения Шамиля губернатор в Шуре вызвал их обоих к себе и сказал, что тот, кто быстрее доберется до Унцукуля, будет там наибом. Пока Агакиши шел через Аракани и дошел до Ирганая, Хусен уже был в Унцукуле и приступил к выполнению обязанностей наиба. Агакиши узнав про то вернулся со своими нукерами из Ирганая обратно в Шуру, где губернатор дал ему высокую должность (он был его личным переводчиком)и оставил в крепости.

В это время уже Унцукульцы полностью обеспечивали себя урожаем, фруктами, мясом и ни от кого не зависели. Выезжали они только за керосином, солью и мануфактурой. Многие из них занимались выделыванием «сугура» (домотканого сукна для шитья черкесок), масла для светильников, занимались портняжеством и этим зарабатывали на жизнь. Вместе с тем унцукульцы продолжали заниматься уникальным искусством насечки по дереву. Унцукульцы уже во втор.пол.19-го века начали выезжать в  разные  города  России для реализации своей продукции.

Унцукульцы в разгар восстания 1877 года  в Дагестане.

В 1877 году в Дагестане разгорелось крупное восстание против царского правительства. Среди участников восстания были ополчения  и унцукульцев. Их возглавляли  Алибек Хажияв и Куракул Вухама  из Унцукуля. В боях, где они предводительствовали, было пролито много крови.

В это же время в гунибском округе Согратлинец Мухамад Хажияв, сын Хажиясул Абдурахмана вступил в борьбу со своей ратью. Под его предводительством произошли крупные бои в Гунибе, Левашах, Акушах и Кумухе.

Сын Хажиясул Абдурахмана послал шейха Апанди из Кикуни в Унцукуль. Ему надо было склонить унцукульцев вступить в его ряды и вести борьбу с Россией. Шейх Апанди пошел к бигавулу села Тутумиласул Вухама. Но Тутумиласул Вухама заявил, что он ни одного человека не пошлет в войско Мухамад Хажиява и прогнал его. Апанди взяв с собой 10-15 человек, которых он сумел сагитировать сам, вернулся к себе. (ушедший с ним Алигалбацил Исхак приходится братом моей бабушки, я его хорошо знаю. Он умер в 1927 году). Люди, ушедшие в войска Мухамад Хажиява некоторые погибли, а оставшихся в живых царское правительство отправило в Сибирь, в Иркутск после подавления восстания. Вот имена некоторых из них; Арутанил Вухама, Жабраил Хажияв, Ахал Мухамад и др. С Сибири вернулся один Алигалбацил Исхак. Когда прошло 20 лет его ссылки за ним поехал его брат Дахада. Достав там паспорт Исхак вернулся, но в Унцукуле про то никто не узнал, и паспорт его не был поставлен на учет. Что бы продлевать время действия паспорта Исхак время от времени ездил в Иркутск. Во время своей последней поездки ему удалось, потратив большие средства, снятся там с учета. Это было сделано для того чтобы его двух сыновей не забрали в армию.

Наиб Койсубулинского участка- Вухама Гоцинский был убежденным сторонником царя. Во время восстания он поднял унцукульцев на борьбу с повстанцами, на стороне царя и повел их отряд численностью 500 человек  верх по долине Андийского Койсу,  в Ахвах и Цумаду, где был разгар восстания. В боях на стороне русских против аварцев погибли унцукулец Куцил Абдулла и другие.

1875-1890 г.г. было временем  наибства Тутумиласул Вухамы. В его времена был образцовый порядок. В этот же  период между Каранаем и Эрпели было четыре горы, принадлежащие Унцукулю 1.гора Исмаила, 2. Гора Хакква. 3. Гора Тинч. 4. Цебе-меер

Позже бегавул села Арутанил Алил Хажи продавал  ежегодно  эти горы в аренду и получал  2000 рублей и все эти деньги он разделил  поровну в селе. Каждая семья получила по 5 рублей. И в последние годы цена оставалась той же. Вырученные деньги оставались в сельской казне. Казна хранилась у Алихажиява. Налог,  причитаемый с села в основном платили с этих денег.

В период  русско-японской войны 1904-1905 годов  в составе Дагестанского конного полка воевало много выходцев из Унцукульского района. Эти сведения даются в книге. Однако  пока нет никаких сведений об участии унцукульцев как в русско-японской войне, так и в Первой мировой войне. Это тема остается малоизученным и невыясненным. Зато последующий период истории, а именно  свержение царя, борьба за власть Советов в Дагестане  и участие в ней унцукульцев освещена в истории достаточно широко. Это объясняется тем, что один из самых ярких руководителей борьбы за власть Советов  в Дагестане  был Махач Дахадаев, уроженец селения Унцукуль.

 

Дахадаев, Магомед-Али (Махач)

Рождение: 2 апреля 1882(1882-04-02) аул  Унцукуль  Дагестанская область, Российская империя

Смерть: 21 сентября (4 октября) 1918(1918-10-04)  (36 лет) аул  Верхний Дженгутай  Дагестанская область, Российская империя

Партия: РСДРП

Образование: Петербургский Институт инженеров путей сообщения

Профессия: инженер-путеец

 

Дахадаев родился 2 апреля 1882(18820402) года в семье кузнеца в селе Унцукуль  Аварского округа. Вырос в  кумыкской военной семье Аджиевых. После успешного окончания школы, по рекомендации её директора, он поступил на подготовительное отделение Темир-Хан-Шуринского реального училища.

В 1900 году поступил в  Петербургский институт инженеров путей сообщения. Учился на стипендию князя А. Казаналипова. Во время учебы сблизился с революционными организациями и в 1901 году вступил в  РСДРП. В 1905 году вернулся в Дагестан, был одним из руководителей организации РСДРП в  Темир-Хан-Шуре, входил в состав «Крестьянского центра». Дважды подвергался аресту. Был осуждён, но освобождён под денежный залог своего тестя — М. Шафи в ноябре 1906 года. В 1910 году окончил институт и до 1916 года служил на  Майкопской железной дороге инженером[4].

После  Февральской революции вошёл в состав правительства — Временного Дагестанского Областного Исполкома. В конце мая вошёл в состав «Дагестанской Социалистической группы». Представляя мусульман Дагестанской Области, был избран от неё во  Всероссийское Учредительное Собрание. Последовательный сторонник установления власти в форме Советов. Имел довольно резкие и категоричные высказывания в отношении большевиков. Позже становится решительным сторонником новой власти, выступившей под лозунгом «Вся власть Советам» и продекларировавшей принцип — «право нации на самоопределение». С апреля 1918 г. входит в состав Областного ВРК, в качестве заведующего военным отделом, сохраняя тот же пост при его трансформации в июне в Областной Исполком Советов. С того же времени — комиссар областного военного комиссариата. Являлся членом Чрезвычайного военного Совета вместе с  Уллубием Буйнакским. Занимался организацией Дагестанской Красной Армии, которую и возглавил 11 июля. Руководил боевыми действиями против вторгнувшегося на территорию Дагестанской Области, в соответствии с планами Антанты по установлению английского господства на Каспийском море, полковника  Л. Ф. Бичерахова.

Более месяца удерживал во фронтальных боях рвущуюся на Северный Кавказ через Дагестан, превосходно оснащенную и поддерживаемую англичанами армаду войск Бичерахова. Постепенно сдавая позиции (под  Дербентом, Манасом и на подступах к Петровску) Бичерахову, Махачу все-таки удалось занять аулы Гимры, Каранай и свой родной  Унцукуль. После упорных двухдневных боев у Верхнего Караная ему удалось разгромить отряд полковника Джафарова.[5]. Однако, затем Дахадаев, не имея уже никаких возможностей противостоять Бичерахову, получил от Облисполкома сумму (5 млн.) с целью формирования отрядов в горах для дальнейшей организации борьбы и выдвинулся в сторону Верхнего Дженгутая, где по заранее условленной договоренности должен был встретиться с командиром конного полка Тимошининым, но подвергся нападению и был убит.

По распространенному в советской историографии мнению (А.Мельчин), член контрреволюционного областного комитета князь Нух-бек-Тарковский, командующий войсками приказал полковнику Джафарову выслать навстречу Махачу отряд, задержать и убить его на месте.[5].

 

Семья

Был женат на старшей дочери (Патимат) Мухаммеда-Шефи, четвёртого сына имама  Шамиля[6] . После непродолжительного брака дал ей развод (в супружестве был сын Адиль). Спустя время женился на её младшей сестре — Нафисат. (« Лица -в истории, История — в лицах», жур. « Дагестан», 2005 г). В качестве приданного получил кинжальный заводик в Т-Х-Шуре и вполне успешно осуществляя коммерцию в годы Первой мировой, по договору с военным ведомством, поставлял его продукцию армии. В супружестве детей не имели.

 

Память

В память Дахадаева 10 июля 1922 года решением ВЦИК г. Петровск-порт переименован в Махачкалу[7].

Также в честь него названы:

• Дахадаевский район Дагестана (до 19 апреля 1930 года Ураринский район)

• Дахадаевка (бывш. село Преображенское) — хутор Кумторкалинского района Дагестана

•Дахадаево — название села  Даттах (Чечня) с 1944 по 1957 г.

•Махачаул — название села  Ца-Ведено (Чечня) с 1944 по 1957 г.

• Махач-Аул — аул в Нефтекумском районе Ставропольского края.

•Махачкент — бывший аул в Кизлярском районе Дагестане, ныне в составе села  Новый Бирюзяк

 

Жизнь Махача Дахадаева – это яркий пример служения народу. Дело, за которое он отдал жизнь, восторжествовало. 30 марта 1920 года власть Советов в Дагестане была установлена окончательно. В годы становлении советской власти помимо М. Дахадаева, за власть Советов боролись и многие жители Унцукуля. Здесь был создан партизанский отряд  численностью 500 человек. Среди них: Гусейнов Саабдула,  Гусейнов Махач – двоюродный брат М. Дахадаева, Гасанов Кебедгаджи, Дахадаев Жабраил и  многие, многие  другие. Справедливости ради необходимо отметить, что именно в первые годы Советской власти в Унцукуле была построена школа, больница, построены  мосты и дороги. Вместе с тем  в 20-30-е годы  на унцукульцев  обрушилась и волна репрессий.  Без суда и следствия было убито немало  ученых-алимов, многие были сосланы в Сибирь на каторгу. Советская власть уничтожила  и слаженную веками быть и культуру горцев. Под предлогом создания колохозов было уничтожено хозяйство зажиточных горцев, они были объявлены  кулаками, врагами Советской власти и были репрессированы. В 1935 году был образован Унцукульский район. Селение Унцукуль был объявлен райцентром, потому что это было самое крупное селение района  и ранее с. Унцукуль сыграл ведущую роль в истории койсубулинцев. Великая Отечественная война была новым испытанием для нашего народа.

Унцукульцы приняли самое активное участие в Великой Отечественной войне. Достаточно сказать, что  из селения Унцукуль на фронт ушли 216 человек, из них вернулись домой 106 человек, погибло на фронте 110 человек, а 50 человек из них пропали без вести. На фронтах Великой Отечественной войны  унцукульцы проявили немало примеров мужества и героизма. Так лётчик-истребитель Абдуллаев Абдулсатар из селения Унцукуль погиб, под Ленинградом повторив подвиг Гастелло 21 марта 1944 года. Свой горящий самолет он направил на вражеский корабль и погиб как герой. Героически погиб на Курской Дуге лейтенант Гаджиев Зайнулла работавший до войны заведующим районо и добровольцем ушедший на фронт 1941 году.

От Кавказа до Берлина прошёл боевой путь унцукулец, комбат Махачев Гусейн. Таких примеров героического подвига наших земляков на фронтах Великой Отечественной войны можно перечислить еще немало. Своих сыновей, братьев умерших на фронт в годы Великой Отечественной войны в тылу на рабочем месте заменили их жёны, сёстры, дочери. Женщины работали на полях колхозов, пасли отара овец, собирали урожай, воспитывали детей. Многие из них работали и на строительстве оборонительных рубежей на Тереке, когда враг стал приближаться к Дагестану.

Вместе с тем женщины, дети и старики, оставшиеся в тылу, успевали оказывать помощь фронту. Так на средства, собранные тружениками Унцукульского района в годы войны была создана танковая колонна имени Шамиля и эскадрилья самолётов имени М. Дахадаева. Кроме того, унцукульцы собрали в помощь фронту 7 тонн цветных металлов, 120 лошадей, было отправлено на фронт большое количество тёплых носков варежек. Унцукульцы собрали на помощь фронту 3млн. рублей, люди отдавали самое ценное ради общей победы над врагом. После окончания войны унцукульцы помогли восстановлению разрушенного войной  городов Севастополя, Харькова и Донбасса.

Унцукульцы принимали активное участие  и в других исторических событиях, происходивших в нашей стране во второй половине 20-века.

Так, унцукульцы Бартыханов Бартыхан  и Магомаев Шарапудин  принимали участие в Венгерских событиях  1956 года. Унцукульцы приняли участие и в Афганской войне  в 80-е годы 20 века  и в событиях 1999 года.  Где бы не были унцукульцы, они вели себя  всегда  достойно  и с честью защищали интересы   Дагестана  и России.

368240. с. Кахабросо, Унцукульский район, Республика Дагестан, Россия. E-mail: dagistan@mail.ru, Copyright 1992-2016 www.fatiha.ru

بسم الله الرحمن الرحيم

بسم الله الرحمن الرحيم

 ПАМЯТНЫЕ МЕСТА  ۝  ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ  ۝  ЗИЯРАТЫ